Category: медицина

just a brother of mine

Дом Кантора, собственно

Новый дом для оставшихся в живых после пожара в психоневрологическом интернате "Оксочи" решили строить километрах в тридцати от места гибели 37 человек. Место выбрали во всех отношениях примечательное. Подгорное Маловишерского района, как и другие деревни Новгородской области — некогда адрес психиатрической клиники закрытого типа (интернат гораздо более свободен), а до того — дачная вотчина для литературного Петербурга.

Расположенная на берегу Мсты усадьба помещика Малышева насчитывала несколько дачных участков. Дом, однако, сохранился только один — зато какой: здесь лето 1911 и 1912 года с удовольствием провели не очень богатые петербургские литераторы — Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус:

Collapse )
just a brother of mine

Не удержался

— У нас в День города по всему - Петербургу висит лицо Петра Первого и яркая радуга. Какая радуга, когда это мировой символ геев? А у нас по всему городу — то детский сад «Радуга», аптека «Радуга». Все радуемся. Скоро дорадуемся так, что вымрем.

каждой лестнице перила
каждой роще соловья
в каждой радуге педрила
не один а до хуя
каждой бабе по сусеку
или несколько ребят
только в небе гомосеки
охуенно нам вредят
только пусто на погосте
только сговор подлых сил
только хеймдаль на биврёсте
в тихом ахуе застыл
just a brother of mine

Рубен Гальего уходит от "Букера десятилетия"

- В конце августа в сети начали сбор средств в помощь вам. Хоть чем-то помогло?

- Еще как. Расходы на мое лечение полностью покрываются страховкой. Но дело в том, что в больнице люди занятые - медсестра и нянечки работают буквально по секундам. А я нуждаюсь, нуждался и буду нуждаться в ежесекундной помощи. И те деньги, которые собрали в интернете, пошли на наем постоянной сиделки и присутствующей медсестры. Это повлияло на возможность регулярно пить, регулярно ходить в туалет, сохранить многие функции, нужные человеку в повседневности. Это изменило мою жизнь, я могу сказать. Это вылечило меня едва ли не в большей степени, чем помощь врачей. Это гениальная помощь - от тех людей, что прислали деньги, и от тех, кто был близко... Особое "спасибо" я бы хотел сказать тем, кто не смог прислать - хотел, но не мог: очень трудно пересылать деньги из России в Америку, я знаю об этом. Все равно помощь оказалась помощью.

- Более 600 человек подписались под письмом с просьбой о присуждении вам премии "Букер десятилетия". Наконец, появилась возможность спросить вас об отношении к этой идее. Этого ждут очень многие - как ее сторонники, так и противники.

- Я уверен, что и сторонники, и противники идеи "Букер десятилетия - Рубену Гальего", теперь, когда мы все убедились, что Рубен жив, отнесутся к этой идее с пониманием, с иронией и с большим-большим запасом юмора. Те, кто читал мои книги, мои статьи, те, кто знает меня - все эти люди понимают, как Рубен к этому отнесется. Рубен, конечно, не будет в публичном месте употреблять непубличные выражения. Скажем так, я не стану выражать свою злость, обиду, не буду говорить "ну что же вы, люди, вы не поняли..."

То, что вы сделали - уже хорошо, вы молодцы. Но никаких премий не нужно: ни десятилетия, ни тысячелетия. Думаю, что если бы в письме не было просьбы о вручении Рубену чего-то, а просто было выражено пожелание Рубену долгих лет жизни, или просто подписи за то, что Рубен хороший человек, я думаю, что подписей было бы не меньше. В этом случае, конкретизация, а именно - сбор подписей за какую-то премию - это немного наивно, но эмоционально понятно. Конечно, я категорически против этого.

- Однако, может случится так, что жюри без оглядки на какие-то просьбы возьмет и присудит вам "Букер десятилетия" - просто за книгу, уже отмеченную Букеровской премией и написанную в "нулевых".

- До этого, конечно же, жюри хотя бы из человеческих соображений должно будет связаться со мной. Потому что все-таки я живой человек, у меня есть чувства, нервы. И то, что я интеллигентно высказываюсь, не значит, что со мной можно не считаться. Конечно, я попрошу жюри, чтобы этого не случилось. Лучший способ - включить меня в жюри "Букера десятилетия": в этом случае "Белое на черном" с гарантией выпадает из числа претендентов. И вручить премию хорошему молодому человеку, наивному, наглому. По крайней мере, такому, какой я был, когда мне вручали Букера-2003. <...>

- Честно: чем еще вам можно помочь?

- Думать обо мне хорошо. Не вручать премии десятилетий, пятидесятилетий, столетий. Это что значит, что через 25 лет мою книгу на помойку выносить?! Нет! Я не согласен. Лет 50 она еще пробудет... Не давать мне нервничать: врачи запрещают, я еще слабенький очень. Оставить в покое немножечко, дать отдохнуть. Перечисленные деньги очень сильно помогли; нужно, конечно, сворачивать программу сбора денег, их уже достаточно. И еще нужно понимать, что каждую секунду, даже если вы ничего сейчас не делаете, вы мне помогаете - на оставшиеся деньги можно купить запасные части к коляске, можно потратить их на мои повседневные электротехнические и медицинские нужды.

Живите, радуйтесь, работайте. Выздоравливайте сами, кто болен. Не заболевайте - те, кто не болеет. И знайте, что для меня все сделано, что возможно - и будет сделано, что возможно, в том числе используя уже собранные вами деньги. Спасибо огромное всем! Это здорово - знать, что ты можешь купить деталь к коляске; наверное, каждый, кто сталкивался с покупкой инсулина и подобных вещей, понимает меня и понимает жертвователей - милых, добрых, хороших.

А еще мне можно помочь романтичным отношением к жизни. Пониманием того, что - вот, человеку стало плохо, и столько незнакомых людей, практически не сговариваясь, решили добровольно помочь... Это ведь лучше всяких премий, согласитесь - очнувшись, узнать, что столько людей хотят, чтобы ты жил дальше! Тем более в такой момент. Просыпаешься от наркоза, все болит, никакому нормальному человеку жить не хочется - и узнаешь, что столько людей хотят, чтобы ты жил. И тогда вздыхаешь: "Ну, что ж... Раз люди хотят - придется".

* * *
Первое интервью Рубена после больницы. Записывали вчера. Большое, про всё. Вот весь текст, там еще много и очень-очень хорошо.

А здесь - то, что должно было когда-то произойти. В том числе благодаря вам. Сбор подписей и средств прекращен - по просьбе, слава Богу, поправляющегося Рубена. То, что собрано - очень и очень помогло. Хотелось бы, чтобы об этом узнали все причастные.

Вы сделали это. Спасибо.
just a brother of mine

Вся безумная больница

Сидя с любимой женщиной, а также с _o_tets_ и la_clue, заново изобрели формат sit-down comedy. Пересадив любимую женщину так, чтобы футбол (Спартак - Марсель, 1:0) ей шел контрольным в затылок, а не в лоб зеленкой (зимние виды любит, а так нет), стали говорить о чем-то решительном. Или решимом. Не решил.

- Треугольник будет выпит, - то ли сказал ИГ, то ли сказала НН, поднимая кружку.

- Будь он параллелепипед! - сказал кто-то оставшийся из них же.

- Путин - параллелепипед? Путин круг, едрена вошь! - сказала любимая женщина, измученная футболом в затылок.

Если Ленин - гриб, то чего уж тут.
just a brother of mine

Без окон, без дверей, полна жопа огурцов

Доктор Попов (ударение по вкусу) объясняет, как лечить геморрой. И, главное - чем.



И если кто-то думает, что третья медицина пятой точки - это искусный фэйк, то вот вам в жопу источник.

К сожалению, увидел под замком. Поэтому не смогу должным образом поприветствовать ни доставщика видео, ни доставщика сабжа. Поверьте, это достойные люди.

*на чем и уползаю к хренам собачьим всё равно лучше не получится ни разу на хрена тогда жопу рвать а*
just a brother of mine

Капитан Алёхин: синдром ПП

- Это супесь. Женя, это супесь.



Евгений Миронов сыграл у Михаила Пташука в капитане Павле Алёхине главное. Не просто учёного-агронома - судя по всему, из НИИ сельского хозяйства Юго-Востока, что в Саратове; так прописал Богомолов. Даже не человека, которого по состоянию на август 44-го вся эта беготня (опять-таки по Богомолову) задолбала, и единственная мечта - вернуться на опытные делянки с пшеницей, чтобы продолжать селекцию.

У капитана Алёхина по Пташуку и Миронову нет мечты. У него есть рефлексы и главное на полтора с лишним часа данного экранного времени - хронический недосып. И сопутствующая ему своеобразная нежность и осторожность в реакциях на мир - сродни позднейшей похмельной деликатности Венички из "Москва - Петушки".

Алёхин не тратится; иначе всё. На командный голос переходит только когда нужно. Он жёсток в переходах: с "ага, ну да. Так никого не подвозили?" - к "А то, что у тебя в кузове два офицера..." - и затем без щелчка на "молодец, Борискин, курите? вы курите, Борискин? курите-курите?" Но это по работе. По делу. По рефлексу трёхгодичной выдержки. Не менее, но и не более.

А раззалупившемуся майору на виллисе, не в добрый час пришедшему узнать, почему это вы обгоняете машину старшего по званию - он тихо говорит:

- А вам нечего знать. Есть правила движения, обязательные для всех. И надо их соблюдать.

И павлину из комендатуры, который на повязку окрысился - "грязнее у вас не нашлось?" - :

- Это не у нас, а у вас. Нам её в комендатуре дали.

Хотя оба этих персонажа в любом другом случае получили бы от капитана СМЕРШа полные панамки положенного; и это было бы подлинной правдой. А для рассматриваемого момента куда более правильно то, что Алёхин за всё время срывается только один раз. И то по роли - для троих зрителей, которым это надо. После всех "не могу понять" и "будьте любезны".

Момент истины прежде всего в том, что у него болит голова. Но в этот день летнего месяца августа 44-го у капитана Алёхина нет никакой возможности изгнать разбойника и конвой, уйти из колоннады внутрь дворца, велеть затемнить комнату, повалиться на ложе, потребовать холодной воды, жалобным голосом позвать собаку Банга, пожаловаться ей на гемикранию. Ни в этот день, ни в какой-либо другой после приезда бабушки. Даже гипотетической возможности нет. Хотя болезнь у них, у капитана СМЕРШа и пятого прокуратора Иудеи, всадника - общая.

Синдром Понтия Пилата - это когда болит голова. А на тебе - решение судьбы конкретного человека. В одном случае. Или - в другом - трибунал синедриона для тебя, твоих подчинённых и твоих начальников до генерал-лейтенанта включительно. Плюс мелочи вроде очередной гекатомбы, потому что очередной "Неман" продолжает работу, а у него крот в шифровальном отделе штаба фронта. Или повыше.

Не выспаться, не отболеть.
just a brother of mine

Динамит - Матросов-2009?

Хуйня с фотожабами на покойного - хуйня непозволительная, мерзкая, и боженька за нее кому-то да присунет в свой час, обязательно - не позволила выложить раньше. Все же выложу сейчас, бо кажется важным.

* * *
Суммировал потери года. Понял, что только одна смерть-2009 может условно быть отнесена к категории "правильных", если такое возможно. Тем более - если такое возможно для скоропостижной, моментальной, в 46 лет. Уходы по старости и по долгим болезням в ней не берем: порядок вещей, как ни возникай на него.

Не в том дело, что мне не жалко тех, кто остался без Динамита - Владимира Турчинского: их как раз жалко. И мужик он был хороший, скорее всего. Сам по себе. И лучше бы он жил; это прежде всего.

Просто было в его жизни - публичной - одно несоответствие, что ли. С одной стороны - поедать препараты. В начале карьеры, всю дорогу - не имеет значения: стероиды, анаболики и прочая хрень, которую не мог не есть культурист Турчинский, выводится из организма трудно. И с другой стороны - торговать результатом этого (впрямую торговать, с экранов и с рекламных щитов) как своего рода здоровым образом жизни. Чего тут не здорово-то: большой, сильный, по-своему красивый, кто понимает. Успешный, бесспорно.

А что стероиды и анаболики - вредно, да. Так вон, Шварценеггер живет, и ничего. И никакая статистика того, сколько менее успешных качков так и сломали себе всё к ебеням на той же диете, не проймет. Да и есть ли она, статистика эта.

Лучше бы он жил, Динамит. Как тот Шварц. Зла от него не было, когда шли программы с ним - лично я не переключал. Но коль скоро он умер, то скажу так: если такой его уход станет звоночком для хоть одного мелкого, который, глядя на Динамита, думал делать с него жизнь - значит, сама смерть вышла правильной. А по теории вероятности хоть один такой да найдется, обязательно.

Потому что правильная смерть, да еще в таком непозволительном для не-гибели возрасте - это когда умер не зря. Особенно - спасая жизни других, по факту.
just a brother of mine

Как Эдигер не сыграл в "Что? Где? Когда?"

Други, очень редко копирую чужие посты целиком. Но этот - от дотторе Александра donjoaquinа Э., дружбу с коим несколько лет назад подарила мне "Своя Игра" на канале НТВ, да так оно и идет, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб все здоровы были... - так вот, этот пост просто не могу не. Одна расшифровка: аббревиатура ВКМ - Владимир Константинович Молчанов, не токмо знаменитый знаток ЧГК, но и главный редактор "Своей Игры".

Лезьте под кат, узнаете про сабж всё. Цепляйтесь за стулья, други: доктор начинает.



Collapse )
just a brother of mine

Я сломался и затуп

Эй ты, автор, бля, ты попал - я оччччень странноватый.... Хожу по паркам и скверам с удавочкой шелковой и ножом (большим ампутационным, артикул ХЗ 666-322)... Ночью...

Что ви таки думаете? Он таки не только ходит. Он еще и...

Впрочем, вот. ksantiippa - под конец дня - убила. Убила нах даже. Вот этим вот убила - на просторах Сети ею изловленным:

ОТВАЖНЫЙ ПАТОЛОГОАНАТОМ

Величайшему гроссмейстеру "Своей игры" Александру Владимировичу Эдигеру посвящается...


Тихо тлеет свеча, озаряя его кабинет,
Он один на один с пострадавшим
Плавно водит по телу ножом, оставляя продуманный след
И сближая усопшего с Господом, жизнь ему давшем.
В плоть людскую вникая руками,
Он один лишь узнает ответ.
Бьется сердце глухими толчками,
Всем клиентам билет на тот свет.
Никогда не спасал - он их жизни,
Но работу свою уважал,
И как только на лезвие бурая кровушка брызнет,
Трупорез свой точеный кинжал очищал,
Промывал его чистой водою
И опять подходил к человеку,
Злобно резал его, опершись о кушетку ногою,
А потом заносил результат в картотеку…
Новый день – новый труп,
А за месяц их сотни,
Не один уже скальпель сломался, затуп,
Все стерпел «человеческий плотник».
Collapse )


* * *
Нытикам, маловерам и латентным имперсонаторам: ссылка тут.

Я - кончил. (с)